В ходе информационного освещения мер государственной поддержки населения мы неоднократно слышали положительные отзывы от сельчан, заключивших соцконтракт. Но последняя поездка открыла нам сторону, о которой мы раньше не задумывались.
В Россию за мечтой
Одилжон и Мунира Забировы живут в поселке Куйбышево. Родом они из Таджикистана, но стали россиянами. Супруги растят четверых детей. В 2025 году Одилжон заключил соцконтракт по направлению «Развитие ЛПХ». Спустя год мы отправились к Забировым, чтобы оценить эффективность использования государственной помощи.
Нас встретила красивая молодая женщина в национальной одежде – Мунира, которая улыбнулась так приветливо, что вокруг, казалось, посветлело. Мы спросили, как переводится ее имя. Оказалось, оно полностью отражает ее суть! Имя Мунира происходит от древнеарабского слова «муна», что означает «светлая» или «яркая».
Двор у Забировых большой, выметенный, без ненужной техники и утвари. Это был первый признак, по которому мы оценили рачительность хозяев. Дальнейшая беседа только подтвердила это.
Оказалось, наши края супругам давно знакомы. Мунира в детстве жила в Рубцовске. Когда выросла, уехала в Таджикистан. Там вышла замуж за Одилжона, родила детей, была домохозяйкой. Супруг же, чтобы обеспечить семью, все это время работал в России на стройках: сначала в Москве, потом в Рубцовск перебрался. Как только представилась возможность, глава семьи привез сюда жену и детей.
В момент нашего визита Одилжона не было дома, он продолжает зарабатывать деньги, имея строительные навыки. Мунира по-прежнему прилежная домохозяйка, поэтому о семье рассказывала она.
– Одилжон очень любит хозяйство, всегда мечтал о подворье, – поделилась с нами женщина. – Когда мы стали гражданами России, он сначала купил дом в поселке, быка, хотел курочек, коров. Друзья подсказали, что можно заключить соцконтракт, они сами уже воспользовались, некоторые по два или три раза.
Тут мы подметили: получается, в поселке соцконтракт – популярная форма взаимодействия с государством.
Вот и Одилжон прибегнул к этой мере поддержки. Будучи человеком ответственным, сам бизнес-план написал, сам документы оформил. Соцконтракт ему одобрили, выделили 200 000 руб-лей, на которые он приобрел двух коров. Сейчас на подворье 8 голов КРС, включая молодняк.
По словам Муниры, одну часть молока она перерабатывает: делает творог, сыр, сметану, масло, так что свежая молочная продукция у них всегда на столе. Другую часть молока отвозят в город, там покупатели постоянно заказывают, говорят, молоко хорошее.
Полезные животные
Мунира целиком и полностью разделяет с мужем влечение к подворью. Дойка коров – ее обязанность. Пока она все делает руками, но когда поголовье увеличится, обязательно купят доильный аппарат.
Интересно, в чем главное отличие местного животноводства?
– Здесь очень большие коровы, – подметила Мунира. – В Таджикистане коровы маленькие и худенькие, мало молока дают. А здесь такие большие, красивые коровы и хорошо доятся. Я так люблю их!
Мунира повела нас на задний двор, где паслись две маленькие телочки и один подросший бычок.
– Маша, Маша, иди ко мне, – позвала женщина одну из питомиц.
Маша, увидев незнакомых людей, сначала заартачилась, но любовь к хозяйке все-таки возобладала. Маша потянулась к Мунире и стала ходить за ней, словно домашняя кошка. Перед нами предстала пастораль, в которой присутствовали ласка, забота и полное доверие. В сельском быту такая связь не сентиментальная прихоть, а основа продуктивности животных.
Мечта Забировых о подворье реализовалась. Помощь государства позволила семье не просто стабилизировать финансовую ситуацию, но и начать получать небольшую прибыль. Так что цель соцконтракта достигнута. Однако Одилжон настолько расположен к труду на земле, что намерен развивать ЛПХ и пополнять стадо. Условия позволяют: когда дом купили, хозпостройки во дворе уже были, но глава семьи, как выяснилось, мастер на все руки, сам улучшил сарай для КРС. Более того, в случае необходимости расширит его до нужных размеров. Если говорить об увеличении физической нагрузки, то тоже переживать не о чем: старшему сыну 15 лет, он вовсю помогает отцу. Так что если представится возможность, Одилжон вновь обратится за господдержкой.
Не в деньгах счастье
Резюмируем: помощь государства – это не только про деньги, это еще и про социализацию. Если подумать, возможность жить на земле, заниматься животноводством в пределах своего двора глубоко резонирует с традиционным укладом таджикских семей. А соцконтракт создает мощный психологический эффект «своего места», которое семья оставила в одной стране, но обрела в другой. Ведь когда члены семьи сами зарабатывают и кормятся плодами своего труда, их самооценка повышается, они перестают чувствовать себя гостями и начинают ощущать себя полноправными членами общества. А если учесть, что Забировы, как мы успели понять, люди трудолюбивые, бережливые и доброжелательные, можно представить, что они станут крепкой опорой для поселка.
Таким образом, эффективность соцконтракта измеряется не только снижением уровня бедности данной категории граждан. Его главная ценность заключается в том, что он запускает процесс превращения вчерашнего иностранного гражданина в деятельного, экономически самостоятельного и уверенного в завтрашнем дне россиянина. Человек обретает почву под ногами в буквальном и переносном смысле: он обустраивает свой быт на новой земле через труд, видит реальные плоды своих усилий и чувствует искреннюю заботу государства. Именно это сочетание экономической независимости, востребованности профессиональных навыков и чувства принадлежности к большой стране делает их по-настоящему счастливыми.
Анна МОИСЕЕНКО. Фото автора
Факты:
*По данным управления социальной защиты населения по городу Рубцовску и Рубцовскому району, с начала года в городе и районе заключено 327 социальных контрактов, из них 58 на ведение личного подсобного хозяйства на общую сумму 11,6 млн рублей.
*Как сообщили в Администрации Куйбышевского сельсовета, население в поселке более 900 человек, из них таджиков 30 – 35%. Ранее на территории сельсовета примерно 20 сельчан держали ЛПХ, сейчас их стало 70 за счёт приезжих. Стадо КРС – больше 100 голов.